И кто-то поёт,
А кто-то блюёт,
Кто-то лежит,
А кто-то не спит.
А кто-то не спит,
Потому что глядит
На то, как наш мир
Очишает Дед Мороз.

Что же с того,
Что без одного
Две тысячи раз планета прошла
Свой эллиптический путь.
Пусть нам не вернуть
Назад ни одного её витка.
И, где был наш дом,
Уже пустота,
Там уже нет ни черта.
И движемся мы,
Не знаем куда,
И нас не удержит ни сталь, ни вода.

Новый год — не сказка,
Новый год пройдёт.
Радости и счастья
Пусть он принесёт.

За окном снежинки
Тают в темноте
Знаю, не забудем,
Мы минуты те

Водка на морозе
Хорошо идёт.
Очень все мы любим
Праздник новый год.

Пивом запасёмся
Мы на целый год.
Пусть растут сугробы
И метель метёт.

Новый год, новый год, новый год настаёт.
Мы напьёмся и будем орать.
Из-под ёлки пустые бутылки опять
Надо будет с утра выгребать.

Затоптал Снегурку
Пьяный хоровод.
Под опухшим глазом
Вишенка растёт.

Дед мороз с похмелья
Словно бегемот,
И палёной водки
Больше он не пьёт

Новый год, новый год, новый год настаёт,
Новый год нашей светлой мечты.
И под утро печаль и сомненье пройдёт,
Мы продолжим наш путь — я и ты.

Жизнь давно уже прошла, да только стоило ли жить.
И наша память как кольцо, осколки связывает нить.
Прости, но ты всё знаешь сам, но вспомнишь лишь в последний миг.
а пока
Живём.

Старенький серый дождь
Промочил всех прохожих и нищих.
Он, как опытный беглец,
Не оставляет следов

Старенький серый дождь
На асфальте собрался в лужи
И ручьями стекает в канаву,
Где лежит старенький бомж.

Старенький серый дождь
Никому стал уже не нужен,
И он скоро пройдёт,
Не оставив следа.

Всё происходит по изученой схеме
Утром проснулся, вечером — спать.
Разговор у подъезда об излюбленой теме:
Как трудно нам жить и легко…
Легко умирать

Глядя в окно, узнаёшь новость дня:
Скоро вена, всё уже тает.
И всё, что было, не волнует меня.
Мне всё так же чего-то…
Чего-то не хватает.

За прозрачным окном на стеклянном термометре
Погода с утра сегодня выше ноля.
И выйдя из дома, растворюсь я в городе,
Уйду навсегда, и никто
Не вспомнит меня.

Он пошёл на юг, где солнце жжёт,
Но не нашёл свою любовь.
Тогда на север он пошёл,
И там в снегах любовь нашёл.

А он ходил туда,
Куда не ходя корабли
Куда не ходят поезда,
На край земли,
Потому что он
Путешественником был
И на одном месте
Оставаться не любил.

А она была северянкой коренной,
И он не мог найти с ней покой.
Она никак не хотела уходить
С родной земли, даже ради любви.

Когда прошло уж десять лет,
И понял он, что никакой любви нет,
Тогда решил пойти домой
Через снега, и не дошёл.

Нам с тобой
Будет песни петь листва
Нам с тобой
Будет солнце и луна
Нам с тобой
Нам с тобой

Нам с тобой
Близки небо и земля.
Нам с тобой
Краски светлых дней найти.
Нам с тобой
Пусть дорога из цветов.
Нам с тобой
Чтобы хорошо жилось

Мы с тобой пройдём весь мир,
Мы с тобой его простим,
Мы с тобой его поймём
И пойдём гулять вдвоём.

И всё равно
Приходит ночь.
И всё равно
Нам не помочь.

И образ твой
Манит меня.
И между нами
Опять города.
И бьётся вьюга
В твои врата.
И нас согреет
Твоя теплота.

Капля росы,
Капля дождя.
Нас уже нет —
Ни тебя, ни меня.
Нас поглотила
Тёмная ночь.
И нам с тобой
Уже не помочь.

Пьяный ёж устал.
Он давно не спал.

И ёжик увидел морскую волну,
И солнце, идущее тихо ко дну.
И он разгадать хотел тайну одну,
И думал: «сейчас я вот-вот утону».

Пьяный ёж устал.
Он давно не спал.

Этот ёжик пробудился поутру,
И иголки колыхались на ветру.
И сказал тогда: «Пойду-ка я посру,
А потом очко бумажечкой протру».

Утром ёж болел.
Он давно не ел.
И к ручью ходил.
Он давно не пил.
Он давно не пил,
И пивка купил.

Колян кидает гранату — бубух, взорвалась.
Колян кидает другую — бабах, на куски.
Коляну оторвало ногу — инвалид.
Коляну выбило глаз — инвалид второй степени.

Маме разорвало печень — она тоже инвалид.
Мама без печени мама — как же так…

И я сидел в окопе — стрелял по врагам.
И мне отъебашило руки — я тоже инвалид.
И мне выбило печень — в туалет не сходить…

Не берите меня в паризаны — возьмём!
Нехуй нас брать в партизаны — возьмём!

Война — дерьмо.

Я швырнул бы эту жизнь на могилу родных,
Может быть, не живых, но хороших таких.

Я отдал всё, что было, получил по мозгам.
Он украл, а я сел, душу мне растоптал.
Ветераны труда мне объявят бойкот,
Ведь таких, как я, ненавидит народ.

Я швырнул бы этот герб за пределы страны,
Я швырнул бы страну, лишь бы не было войны.

В психбольнице сесть, встать сказали в суде,
На войне бегом, ну а раком в тюрьме.
Неизвестная кровь в моих жилах течёт.
Из груди вылетая, моё сердце орёт.

Раз налил сто грамм — так пей до дна,
Забил косяк — тяни дотла.
Убил жену — так не жалей.
Ударил в глаз — так будь смелей!

Наливай братан, а потом налью я.
Так бухнём за таких непохожих на меня.

Заводы стоят,
Зарплату не платят,
И бред превратился в реальность.
Поля опустели,
Трава пожелтела,
И цветы навсегда потеряли свой цвет.

Мафон устал
Работать на слух,
А органы слуха — работать на нас.
Глаза опустели,
Глядя на время,
А время устало ходить.

Две тысячи лет
Планета стоит.
Она потерялась во тьме.
Люди, проснитесь,
Боги, очнитесь,
Ведь мы — это мы, и жить мы должны.

Я пошёл гулять с тобой,
Этот вечер был лишь мой.
Ты была со мной всю ночь,
Утром ты съе(ушла) прочь.

Мелькали жёлтые огни
И электрические фары,
А я встречал рассвет один.
Эх, хреновая ты пара.

Нажрусь сегодня, как свинья,
Дыхну тяжёлой анашой.
Буду петь «лалай-ла-ла»,
Ведь ты сегодня не со мной.

У тебя такая грудь,
Что прижмёшь — не продыхнуть.
У тебя кривые ноги,
Как берёза в половодье.

Не лей слезу из-за меня.
Закрой рукой мои глаза.
Гитара нежно песню пой.
Закрой глаза мои, закрой.

Тебе семнадцатый пошёл.
Сынишке года нет ещё.
Так пусть всё будет хорошо
И у тебя, и у него.

Посреди тротуара
Собака лежит.
Синий аист по небу
За секретом летит.

Эх, всё как в аду,
Ничего как в раю.
Неумение ждать
Приводит к концу.
Живём сушняком,
Обливаяся сном,
Добиваяся конфетки
У безжалостных ослов.

Колыбельную песню
Мать-старушка не споёт,
И отец за руку
В поле не поведёт.

Разлетевшиеся мысли
Ветерок унесёт,
А зеркальные осколки
Разум в сердце не найдёт.

А тёмная ночь
Отстаёт ото дня,
Вырывая минуточку
У батюшка-Христа,

Сжигая слова.
Правды нам не найти.
Детским смехом надо
Каплю радости спасти.

Это рок, в котором отсутствует рок.
Это джаз, но в нём нет джаза.
Это металл, но он деревянный,
А какой же из дерева металл.

Но это не попсня и это главное —
Больше ничего не нужно нам.